Онлайн книга Голый край (СИ)

Хьялдур обвязал хвост рыбы короткой тонкой веревочкой, и, прихватив палку длиной примерно в лаг, мы отправились туда, где, как я помню, ветра было предостаточно — на утес близ берега моря.

Мы воткнули шест в сырую землю и привязали рыбу так, чтобы она не раскачивалась от ветра, но и ни к чему не прижималась. Теплый, приятный ветер гулял в волосах, и создавалось впечатление, будто бы сами духи желают, чтобы у меня все получилось. С собой мы прихватили еще немного различных продуктов — мелких яблок, порезанных на дольки, дикий зеленый лук и еще один неизвестный мне фрукт, напоминающий что-то среднее между огурцом и зеленым яблоком.

Разложив все это на открытом солнце, мы, удовлетворенные проделанной работой, ушли пить чай.

***— Но почему..?

Я присела у разложенных на ткани, прижатой камнями, сгнивших фруктов. Вернее, до конца-то они не сгнили, но съедобными выглядеть стремительно переставали.

То же самое случилось и с рыбой. Смрад от гниющей речной тварюги стоял невыносимый, гораздо сильнее, чем должен быть по логике вещей.

— Майя, я же говорил… — успокаивающе тихо сказал Хьялдур и, присев рядом, приобнял меня огромной лапой.

— Но почему? Они же должны были высохнуть!

— Майя… Дмитрий. Я знаю что ты пыталась сделать. В молодости я много путешествовал и видел, как люди из северных земель высушивают мясо на холоде. Но я же говорил тебе что здесь, на побережье, летом дуют южные ветра.

Приятный теплый ветер гулял в волосах. Яркое летнее солнце светило где-то высоко в небе.

Я не заметила этого сразу, пусть это и было очевидно. Почему эти люди не пытались высушивать еду на зиму? Почему не пытались сохранить летние дары природы на зиму? Воздух влажный, теплый и мягкий, не в пример зиме. Зимой он колючий, жесткий и… Дует с севера. Сейчас же все воздушные потоки дули мне в лицо, с юга.

Гниение. Летние ветра приносили с собой гниение. Я глубоко вздохнула, принюхалась к воздушным потокам, но ничего не почувствовала. Логично, ведь как можно понюхать бактерии? Тем не менее, сомнений не оставалось. Сам воздух этого мира был отравлен, с юга к нам задувало заразу, от которой все сгнивало в мгновение ока. Всякий раз я утешаю себя тем, что меня уже нечем удивить, и каждый раз этот мир преподносит мне очередной сюрприз.