Онлайн книга Хаски и его учитель белый кот. Том 1

Впрочем, он никогда не отличался излишней скромностью. Схватив запястье Ши Мэя, прежде чем тот успел отреагировать, Мо Жань притянул его к себе и без разрешения прижал свои губы к его безответным губам.

Перед глазами вспыхнули искры, в голове стало совершенно пусто.

Мо Жань был человеком с множеством пороков, чья животная страсть не нуждалась в контакте губ и дополнительном тепле, поэтому его плотские связи были многочисленны, а поцелуи редки.

Ши Мэй не ожидал, что на него нападут подобным образом, и застыл в шоке, пока язык Мо Жаня не вторгся вглубь его рта.

— Что ты делаешь?.. Мф!"

"Он успел произнести только половину предложения, прежде чем его голову резко притянули обратно, а рот снова был запечатан чужими губами. Они буквально переплелись и вместе скатились к источнику. Мо Жань целовался более страстно, чем в прошлой жизни. Он крепко прижимал Ши Мэя к себе, упиваясь влагой и прохладой его губ. Эти прикосновения сейчас захватывали дух точно так же, как в его воспоминаниях… эти щеки, эти ушные раковины…

— Не двигайся.

Плохо дело!

Почему в этот раз родниковая вода действует сильнее, чем тогда?

В прошлой жизни все сложилось так, что у него не было возможности обнимать Ши Мэя так долго. Кроме того, тогда Мо Жань был еще молод и совестлив и, устыдившись своего порыва, ослабил хватку. Ши Мэй освободился из кольца его рук, встал и убежал, ступая по воде цингуном[2].

[2] 轻功 qīnggōng цингун — китайское мифическое искусство преодоления гравитации; различные способности легкого передвижения, как будто не поддаваясь силе тяжести (ушу).

Но в этой жизни сердце Мо Жаня было полно дурных помыслов, он стал слишком бесстыдным и наглым, его совесть молчала, а страстное желание управляло им, требуя принудить. Он целовал столько, сколько хотел, силой прижав другого человека к земле.

Под ним Ши Мэй боролся и кричал в гневе, но Мо Жань уже был одержим похотью, и до него не доходили чужие слова.

Казалось, в животе вспыхнул огненный шар, и Мо Жань всецело отдался своим страстям, целуя все яростнее. Он разжал челюсть другого человека и просунул язык в его рот, чтобы насладиться сладостью изнутри.

Сердце стучало в груди, как боевой барабан.

В этом хаосе чувств он уже сдернул с Ши Мэя верхнюю одежду и разорвал пояс.