Онлайн книга Деспот (СИ)

Когда низ живота скручивает болезненным спазмом, Мирон Львович тянет меня за волосы, вынуждая выгнуться в пояснице. Прижав к себе одной рукой, другой ныряет между бедер и давит на клитор, пропуская его сквозь пальцы.

Насаженная на член, содрогаюсь в оргазме, что режет мыщцы острым ножом и пронзает позвоночник вспышкой. Мирон Львович шепчет на ухо отвратительные пошлости, растирая пальцами пульсирующий бугорок, и рвано вжимается в ягодицы. Его экстаз сливается с моим в единое целое, и мир на мгновение меркнет звенящей в вечности темнотой, что теплым потоком семени растекается внутри.

— А теперь, — хрипит, выскальзывает из меня и заботливо оправляет юбку, — поговорим, как взрослые люди.

Разворачивает к себе лицом и застегивает ширинку. Будь мы взрослыми и адекватными людьми, то этой ситуации не случилось. Мирон приглаживает волосы и заявляет:

— Я тебя не понимаю.

— А себя? — смотрю на него исподлобья.

— И себя в том числе, — тихо соглашается. — Соглашусь, игры пошли не по плану, но и отпускать я тебя пока не намерен.

— Пока? — охаю я и смеюсь. — То есть из-за эгоизма и неуемной похоти ты собрался меня взять временно замуж? Я все правильно понимаю?

— Ну… — Мирон хмурится и прячет руки в кармане брюк, перекатываясь с пяток на носки.

— Ты охренел? — тычу пальцем ему в грудь и развожу руками в стороны. — Может, ты мне еще денег предложишь, чтобы я вышла за тебя? Не нужны мне твои деньги! Ничего не нужно!

— Я утку с утятами в пруд запустил, — тихо и растерянно отвечает Мирон.

Недоуменно моргаю и облокачиваюсь о стену, скрестив руки на груди:

— Не знаю.

— Птичник вот строят.

— Очень интересно.

Я впервые вижу Мирона таким взбудораженным. Нервной походкой вышагивает передо мной, а я озадаченно наблюдаю за ним. И через несколько секунд меня озаряет. Так это же я про утку и утят говорила, когда жабой восхищалась.

— Утка… — удивленно тяну я, — утята…

— Да, — останавливается и злобно зыркает на меня. — Они же вырастут и будет пять уток! Пять! Будут ходить и гадить везде!

— А утка белая или пестрая?

— Белая, а бывают другие? — ошарашенно спрашивает Мирон.

— Бывают, — обескураженно киваю я. — Бывают даже черные. Черные и с белой грудкой.

Смотрим другу в глаза, и Мирон глухо интересуется:

— Почему мы говорим об утках?

— Ты же начал, — пожимаю плечами.

И шмыгаю.