Онлайн книга Кто убийца, миссис Норидж?

В разговоре с мисс Прю он проговорился, что там есть еще кое-что, кроме камней, и сказал, что его жена осталась с ним. Не сомневаюсь, что на городском кладбище – пустая могила, а прах Милисент покоится среди валунов и вереска. Узнав об этом от доверчивой девушки, вы придумали хитрую месть – отобрать у Финча землю. Ведь захоронение незаконно, и Юджин Финч не смог бы никому рассказать о том, почему для него так важна вересковая пустошь.

Миссис Норидж смолкла.

А затем тишину нарушили неторопливые шаги.

Дэвид вышел из своего угла и прислонился к стене напротив нее.

– Что ж, – улыбка стала шире, – хоть кто-то оценил мой замысел. После суда я бы убедил Питипэт запретить ему даже близко подходить к пустоши. Неплохо придумано, а, миссис Норидж?

– Слишком жестоко.

– Финч другого не заслуживает. Свирепый дурень!

– Вы приставали к его дочери.

– А он обозвал меня прыщавым юнцом.

– Вы и не сможете, он слишком силен.

– Это фигуральное выражение. Не думаете же вы, что я буду с ним драться!

Миссис Норидж отрицательно покачала головой:

– Нет, на драку вы не способны. В этом-то и беда таких, как вы.

– Таких, как я? – Он зло прищурился. – Некрасивых, да? Не имеющих лишнего фунта в кармане?

– Трусов, Дэвид.

Он сжал кулаки, словно собираясь ударить ее.

– Трусы всегда жестоки, – с сожалением сказала миссис Норидж.

Дэвид огляделся вокруг и вдруг расхохотался:

– Как чем? Прекрасным портретом! Ха-ха! И попробуйте что-нибудь возразить на это!

Он так развеселился, что на глазах у него показались слезы.

– Нет, серьезно, миссис Норидж! Питипэт должна быть мне благодарна. Кстати, вы ведь говорили что-то о картинах?

– Лишь то, что спасибо за них должна сказать вам я, а не Молли.

– Это еще почему?

– Потому что они вас выдали.

Смех оборвался. Юноша бросил настороженный взгляд на холст, все еще стоявший на подрамнике. Затем снова заулыбался.

– Да ладно! Бросьте шутить.

– Я вовсе не шучу.

– И как же это произошло? Может, Молли с портрета что-то нашептала вам, а?

Дэвид издевательски приложил ладонь к уху и сделал вид, что прислушивается:

– Что вы там бормочете, Питипэт?

– Она говорит, что портрет плох.

Юноша пренебрежительно фыркнул:

– Да что вы понимаете! Он безупречен.