Онлайн книга Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Улыбка Мо Жаня стала еще более нежной:

— Да! Я наелся до отвала! Учитель, можно в будущем я всегда буду есть вместе с вами?

Даже прекрасно зная, что Мо Жань не вкладывает в это предложение никакого другого значения, сердце Чу Ваньнина забилось сильнее и, не сдержавшись, пропустило пару ударов. К счастью, ему удалось сохранить невозмутимое выражение лица.

— С чего вдруг? Ты поссорился с Сюэ Мэном?

— Нет, вовсе нет, — отмахнулся Мо Жань и со смехом добавил, — просто я уже очень давно не ел с ними. Прошло пять лет, и, снова оказавшись за одним столом, я почувствовал себя неловко.

— …

Конечно, он не мог правдиво сказать «когда ты ешь в одиночестве, мне жаль тебя», и уж тем более «я все время хочу накормить тебя чем-то еще, кроме овощей». Эти фразы нельзя было произносить, тем более, что Мо Жань прекрасно понимал, что с Чу Ваньнином они не сработают. Ему оставалось только демонстрировать слабость и беспомощность, чтобы вызвать жалость и показать, что он очень нуждается в его обществе, и тогда такой добрый человек, как Чу Ваньнин, не сможет отказаться.

Мо Жань по глазам видел, что Учитель колеблется, а значит нужно было еще чуть-чуть поднажать, поэтому он продолжил:

— Но, по правде говоря, я не хочу есть один.

— Почему?

Мо Жань опустил свои длинные пушистые ресницы. Половина эмоций в его ослепительной улыбке была настоящей, а половина только для того, чтобы заставить Чу Ваньнина размякнуть и согласиться:

— Учитель, неужели вы не догадываетесь? Если человек в одиночку съел что-нибудь, это ведь не значит, что он наелся.

Он остановился, сделал многозначительную паузу и в упор взглянул в лицо Чу Ваньнина. В алых лучах заката вечерний ветерок ласково трепал непослушную челку Мо Жаня, а ямочки на щеках были как никогда очаровательны.

— Если два человека едят вместе, беседуют о разных вещах, обсуждают что-то, делятся своими ощущениями, тогда в желудке становится тепло и приходит настоящее насыщение.

— …

— Учитель, завтра я могу еще раз поесть с вами?

Перед теплом, излучаемым горячим сердцем этого молодого и дерзкого волкособа, было практически невозможно устоять.

Тем более в своем желании любой ценой растрогать Чу Ваньнина Мо Жань не собирался отступать ни на шаг:

— Учитель, я не был дома пять лет. Вы очнулись, и я хочу есть вместе с вами.

— Нет, у нас разные привычки.