Онлайн книга Есенин: Обещая встречу впереди

В реальности этой встречи есть сомнения, однако для общей картины штрих всё равно немаловажный.

Лично товарищ Дзержинский с Есениным самым тёплым образом и поговорил бы.

Что-что, а спасать Каменева ценой своей жизни Есенин точно не стал бы.

К тому же, если бы Сталин затеял дурацкое представление с имитацией самоубийства — в городе, который полон людьми Зиновьева, — никакая милиция не стала бы покрывать это безобразие. Всё сразу вскрылось бы, и у Зиновьева на съезде разом появились бы на руках отменные козыри.

Но Сталин не отдавал подобных приказов.

Почему?

Разумный ответ один.

Сталин вообще ничего об этом не знал. Тарасов-Родионов никому не сообщал о разговоре. Написав воспоминания, отдал их на хранение Ивану Евдокимову и этим ограничился.

Никакой кровавой бани для русского поэта в Ленинграде не устраивали.

Никаких шизофренических инсценировок.

* * *

В числе первых пришедших в «Англетер» после самоубийства Есенина был поэт Николай Леопольдович Браун (1902–1975).

Его сын, тоже сочинитель, автор песен, отсидевший при советской власти десять лет по статье 70 УК РСФСР («Антисоветская агитация и пропаганда, проводимая в целях подрыва или ослабления Советской власти»), спустя 21 год после смерти отца вдруг со ссылкой на него сообщил в издании «Новости Петербурга» (№ 10 за 2006 год) страшные подробности смерти Есенина.

Погиб Есенин, согласно Брауну-младшему, явно ознакомившемуся с другими версиями убийства поэта, в результате пыток при допросе.

Из личных открытий Николая Брауна стоит отметить несколько.

«Не случайно Сергей Есенин перед отъездом из Москвы в Ленинград дома у своей бывшей жены Анны Изрядновой сжигал бумаги в кухонной плите. Среди них наверняка были и переданные ему Ганиным для распространения за рубежом, в частности, в Италии».

(Фантазия в чистом виде. К тому же жёг не в кухонной плите.)

«Чем и как был пробит лоб Есенина? Такой вопрос возникает при взгляде на одну из посмертных масок, где в проломе над переносьем две дыры. В ЧК имелись для этой цели молотки с острыми концами-клювами».

(Да-да. Все об этом знают.)

«Браун с Лавренёвым категорически отказались подписаться под протоколом, где говорилось, что Есенин покончил с собой».

(В пятом номере гостиницы «Англетер» находились более десяти человек, но никто не отметил этого отказа, не рассказал ни жёнам, ни друзьям, не проговорился в дневнике, пока 71 год спустя всё не «вскрылось».)

«Протокол был составлен даже на первый взгляд неумело, примитивно.