Онлайн книга Медвежатник

Не исключалась и такая возможность — он проникал в банк под видом клиента, имеющего солидный счет. Глупо было бы считать, что он держал деньги в банке под своей фамилией. Скорее всего, он имел дюжину фальшивых документов, которые обеспечивали ему весьма солидное прикрытие.

Аристов еще раз просмотрел списки вкладчиков в ограбленных банках, пытаясь выявить одинаковые фамилии, и сердито отбросил их в сторону. Абсолютно никакой закономерности!

Во всех ограблениях чувствовался изыск, даже некоторая щеголеватость. А она присуща человеку образованному и с завидной фантазией.

Трудно представить, что сложнейшие английские замки вскрывает какой-нибудь самородок с Хитровки, читающий по слогам. Здесь нужна культура. И очень неплохие мозги. Не исключено, что он является завсегдатаем светских салонов, где выуживает полезную информацию.

Просматривая списки вкладчиков, генерал Аристов неожиданно обнаружил, что среди клиентов трех ограбленных банков — Волжско-Камского, Сельского кредитного и Строительного — присутствует одна и та же фамилия.

Раз в неделю Аристов встречался с Алексеем Ксенофонтовичем на конспиративной квартире. Но Сиваков рассказывал всякую нелепицу, глотал дармовую водку и жаловался на то, что казенных денег у него не хватает даже на питейные заведения.

В этот раз было примерно то же самое."

"— Ты бы, братец, пил поменьше, — сделал замечание Аристов, однако жалованье обещал увеличить на целую полтину. — Да еще на баб тратишь немало. Не по чину потребляешь. Твоя девка гривенник стоит, а ты, братец, на них по двадцать пять рублей выкладываешь. Или ты думаешь, что у оперных певичек и шансонеток под платьем что-то особенное находится? Уверяю тебя, братец, ошибаешься. У них то же самое, что и у всех остальных, — очень серьезно заявил Аристов.

Алексей Ксенофонтович был мужчина малосговорчивый и на каждый предмет имел свое мнение.

— Так ведь хотелось бы не просто с девкой удовольствие получить. Купчихи и дворянки — дамы утонченные, к ним особый подход требуется.

— А ты, братец, оказывается, еще и неисправимый романтик, — улыбался Аристов на откровения коренного хитрованца. Даже голос его при этом малость потеплел.