Онлайн книга Непристойная сделка

Зарецкий кружит ими вокруг клитора, вызывая у меня вспышки перед глазами.

Прерывистые вздохи переходят в тихий стон, и, сжалившись надо мной, Андрей закрывает мои губы отбирающим кислород поцелуем.

И как только наглый язык вторгается в рот, натиск снизу усиливается.

Жёстко потирая с двух сторон от клитора, Зарецкий доводит меня до того, что я начинаю дрожать абсолютно вся. А когда он слегка сдавливает мою пульсирующую горошинку, мир взрывается для меня, бросая в омут незнакомых ощущений. И пока я переживаю первый свой полёт, осквернённые трусики меня окончательно покидают.

А потом я чувствую, как меня придавливает тело Андрей, расположившегося между моих бёдер.

Резкий глубокий толчок, и я будто натянута на раскалённую дубину.

Мой болезненный жалобный стон и сковавшее меня напряжение, заставляют Зарецкого замереть.

— Лена, — хриплый вкрадчивый шёпот обжигает мне ухо, — я, конечно, давно не верю в сказки, но скажи мне: я у тебя первый?

— Ну… — прислушиваясь к утихающей боли внизу, не спешу я признаться.

Однако мои ухищрения не работают.

— Хана тебе, партизанка, — злится Зарецкий.

Глава 25

Антракт не предусмотрен

Мне вообще не кажется, что время, когда во мне подрагивает напряженный орган Андрея, подходящее для разговоров. И уж тем более угрожать мне, когда все самое страшное уже произошло.

— Не понимаю, чем ты недоволен, — огрызаюсь я. — Это твоя инициатива, никто тебе не предлагал заниматься сексом.

— Мы с тобой потом обсудим твою безголовость, — сквозь зубы обещает Андрей.

Меня смущает этот вопрос.

Хотя чего уж там, после того, как меня нанизали на эту дубину.

И все равно стремно. В кино никогда не бывает таких обсуждений во время сексуальных сцен.

— Нет, — выдавливаю я.

— Врешь, — тут же высекает Зарецкий. — Удушу.

— Может, просто достанешь из меня? — с надеждой спрашиваю я.

По факту, мне не так уж плохо, только член Андрея ощущается толстенным раскаленным стержнем внутри. И до проникновения мне прям хорошо было, а сейчас как-то странно.

— Да щаз, — взрыкивает Зарецкий.

Тиран и деспот целует меня зло и сильно, углубляя поцелуй, но не двигаясь во мне. И чем глубже он меня целует, тем сильнее вжимается в меня там внизу. Распухшими губками я остро чувствую тугую мошонку и жесткие паховые волоски, и прямо от точки нашего соединения начинает разливаться жидкое пламя.