Онлайн книга Сирота

– У тебя свидетели есть?

– А у Петра? Какой смысл мне врать? Ты же знаешь – у меня есть деньги ему заплатить.

– Петра есть имя. А у тебя – нет. Ты еще щенок неразумный, а он – уважаемый человек.

– Он обычный тать и мироед!

– Это всем известно только с твоих слов.

– У Петра есть свидетели его договора с отцом?

– Петру это не нужно. Его слово весомее твоего.

– А ежели сойтись перед лицом Бога на саблях?

– То ты умрешь. Не тебе с ним тягаться? Он уже более десяти лет в походы ходит.

– Кашеваром? – усмехнулся Андрейка.

 – Ты же видел, как он обрюзг и жиром оброс. Ежели бы воевал честно да саблей махал, не оскотинился бы так.

– Ты смерти своей хочешь? – удивленно переспросил священник, поворачиваясь.

– А ты чего хочешь? Отче? – побагровел лицом Андрейка. – Сначала Агафон меня графит, примеряясь убить. Потом ты. Потом митрополит. Теперь еще и этот. И все норовят у сироты отнять последнее. Добрые христиане, нечего сказать. – процедил Андрейка, которого уже трясло, от кипящих гормонов, развернулся и пошел на выход…

– Постой! – громоподобно рявкнул священник.

– Зачем? Ты ведь тоже уговор не выполнишь. Даже ту малость что я просил. Забирай, – поставил он на пол лампу, завернутую в тряпицу. – Не хочу вас больше видеть.

С тем и вышел, хлопнув дверью.

– Нам его догнать? – спросил, вышедший из-за колонны огненник.

– И ты туда же. – покачал головой Афанасий. – Но он хоть юн и горяч. А ты чем думаешь?

– Он оскорбил митрополита.

– Чем же? Если положить руку на сердце, то мы действительно его ограбили.

 – от этих слов огненник напрягся. – Краску его вынудили отдать за бесценок. Лампу – тоже. А если бы силой, как ты хотел, забрали, то и вообще – сравнялись бы с татями. Сила церкви, дурья твоя башка, в том, чтобы люди сами нам такие вещи приносили. По доброй воле. А не вот так…

– Но…

– Помолчи. Лучше помолчи. А то я подумаю, что ты до пострига людей на большаке грабил. Лучше пошли кого из своих, чтобы он приглядел за отроком. Видишь же – юность его кипит.

Еще дел каких натворит.

– Убежит?

– Скорее не успеет. Мнится мне он прав и Петр тот еще мироед да тать. Посему не отступится он от парня, пока не обдерет как липку. А тот уже на собственную тень готов наброситься и жаждет крови. Чую я – беде быть. Ступай. Займись делом.

Огненник ушел."

"А отец Афанасий осторожно подобрал с пола тряпицу. Осмотрел лампу. И понес ее отцу Геннадию, присланного сюда митрополитом, добро мыслящему по делам всяких дивных устройств.