Онлайн книга Проданная Истинная. Месть по-драконьи (СИ)

Кто-то двенадцать столетий сидел без платы, и вот опять, бегом на те же грабли. В Вальтарте очень… упорные боги.

Анвар крупно вздрогнул. Мне пришлось с силой вцепиться ему в руку, пока он все не испортил.

— Ну кто в здравом уме отдаст живого ребенка? — спросила устало.

— Обменяй мою жизнь на их, — Анвар хмуро потер лоб, и с удивлением уставился на испачкавшуюся в крови ладонь. — Это будет справедливо.

Ему хватило ума говорить это мне, а не богине. Богиня бы ему голову за такое откусила. Он, между прочим, сам предмет договора.

— Твоего ребенка я не трону. Он будет верно мне служить.

— Нет! — драконий рев настолько смешался со звуком голоса, что я не сразу поняла Анвара.

А когда поняла, вывернулась из жестокой брони крыла и встала перед ним."

"Анвар растерянно переводил взгляд с меня на Милене и образно. И Бертель. Даже блондин немного ожил, наблюдая за торгом.

— Одного из детей, — послушно скорректировала я на всякий случай. — Он будет верно служить тебе десять лет, а взамен ты будешь помнить, что он делает это по доброй воле.

Милене молча смотрела на меня.

Тело совсем потемнело, проступили кости, и интуитивно я понимала, что срок присутствия богини на земле подходит к концу. Минуты текли, но Милене молчала. Я начала терять надежду.

— Пожалуйста, — сказала тихо. — Я буду жить, чтобы исполнить договор.

Тело свалилась у алтаря и затихло, глаза потухли. Богиня ушла.

Наконец, истончившаяся, высохшая рука дернулась вверх и в трубном вое, накрывшем храм я различила:

— Заключаю.

Несколько секунд мы стояли в оцепенении, словно ожидая, что истончившееся тело дернется снова, но миг шел за мигом и ничего не происходило.

После храм ощутимо тряхнуло, накрыло дрожью, как гриппующего больного, и Анвар тут же схватил меня даже не на руки, а в охапку, как законную добычу, и коротко скомандовал:

— На западный выход, вход завален.

Где находится так называемый западный выход, я узнала, когда он ударом трасформированной руки вышиб стену и без всякого пиетита перед богами, цапнул когтями парочку перепуганных храмовников. Я попыталась вырваться из железной хватки, но с таким же успехом я могла бы дергаться внутри каменного мешка.

— Отпусти! Я могу перекинуться сама.

Ветер бил мне в лицо, и большей частью я не говорила, а отплевывалась волосами.