Онлайн книга Сердце просит счастья

Он наблюдал за ней, когда она смеялась и шутила, когда хмурилась, вспоминая что-то неприятное. Смотрел и ощущал рецепторами всей своей чувственности и поражался глубине и многомерности этой женщины.

Он хохотал вместе с ней, когда они лазали по скалодрому, а потом старались победить другие семьи в соревнованиях и играх, в которые затягивал их Петька. Он заглядывал в ее темно-синие глаза, так похожие на глаза его сына, и чувствовал, что доверяет ей так, как не доверял никому в своей жизни. И дивился этому невероятно, не понимая себя и поражаясь самому себе.

В какие-то минуты, пусть мимолетно, но Андрей чувствовал себя с ней, как с самым близким другом, а потом вдруг ощущения менялись, и она становилась ему непонятна, недосягаема и загадочна. Она была то бесенком, веселящимся подростком, то мудрой женщиной, то Петькиной подружкой, то таинственной, интригующей личностью.

И что самое поразительное – она не играла! Вот ни разу!

Она была естественна и проста в своем поведении, в каждом проявлении своих чувств и реакций и ничего не пыталась изобразить, не играла никаких ролей.

И это подкупало.

Барташов, конечно, присматривался к ней чисто по-мужски, задавая себе вопрос про половое влечение, и мысленно оценивал – ничего, привлекательная, временами даже очень, но в общем и среднем все так же не его типаж в сфере сексуальных предпочтений.

Но, без сомнения, эта Мира весьма эротически интересная девочка.

К тому же для ограничения возможных сексуальных фантазий и легкого флирта рядом находился естественный «тормоз» – Петька.

Барташову нравилось легко болтать с девушкой, ему ужасно импонировала ее ироничность, она оказалась интересным, умным и очень глубоким собеседником, и ему доставлял удовольствие сам разговор.

Когда они ехали из детского центра, он все поглядывал в зеркало на заднее сиденье, где устроились Мира с Петькой, и непроизвольно улыбался всю дорогу.

Мира предложила Петьке выучить небольшую французскую песенку, переведенную на русский язык, про важный и гордый Пирог, раз уж они едут есть пирог.

"И Барташов, в который уже раз, задавался вопросом, что это за любовь у них такая странная, и до сих пор не определился и не знал, как к этому относиться.