Онлайн книга Измена. Ты будешь моей (СИ)

Хотя это так нелогично, учитывая, что я сама вот-вот собираюсь отказаться от него, разорвать нашу связь. И, по всей видимости, даже боги поддерживают меня в этом решении. А значит, сколько бы я ни тешила себя мыслью, что это все могло быть чудовищной ошибкой, Рэгвальд предал клятву.

Но мне все же до безумия обидно, что кулон потерялся. В нем и цены-то никакой нет — серебряная цепочка, да и сам опал не особо дорогой. Но для меня он бесценен, потому что напоминает мне о том времени, когда я была счастлива. С Рэгвальдом.

Как же так могло произойти? И где? Вспоминаю момент в парке, когда я пыталась оттянуть ворот, а мне что-то мешало. Значит, я случайно порвала цепочку?

Беру подсвечник и осматриваю пол в комнате: вдруг он упал где-то тут, когда я переодевалась? Но кулона нет.

На глаза наворачиваются слезы, потому что надежда на то, что я его найду, просто-напросто растворяется в воздухе. Где еще я могла его обронить? Только при примерке. Но сейчас, в темноте, ходить по замку, рискуя заблудиться, — вряд ли лучшая идея.

Хватит! До боли прикусываю губу. Пока я цепляюсь за прошлое, я никогда не смогу продолжить жить и, пусть только мысленно и эмоционально, но все равно буду связана с Рэгвальдом.

Гашу свечу, распахиваю балкон и заставляю себя лечь в кровать. Волнение и тревога не дают спокойно лежать, поэтому я кручусь в постели, никак не находя удобного положения, пока меня не утягивает липкий тяжелый сон.

Темнота обволакивает все мое тело, мне трудно держать глаза открытыми и даже дышать.

Я с трудом сглатываю, понимая, что во рту совершенно сухо, даже язык прилип к небу. Низ живота тянет так, что хочется поджать колени и свернуться клубочком. Нет! Мой малыш!"

"В вязкой тишине раздаются трескучими раскатами грома слова: «Ты моя. И твой ребенок теперь тоже принадлежит мне!»

— Госпожа, — меня тормошит служанка, — прошу прощения, госпожа, но Его Величество просил передать, что ваше присутствие на праздничном завтраке обязательно.

Я открываю глаза, вижу ее милое лицо, волосы, подсвеченные сзади лучами солнца, и добрую улыбку. Нащупываю пальцами простыню и хватаюсь за нее, будто заставляя себя поверить, что я больше не там, не в пугающей темноте, что это все был жуткий сон.