Онлайн книга Кукла его высочества

— Моя дорогая, — Родерик Делаэрт мягко отпустил мою руку, так и не поцеловав, и отошел, — твое платье… я сожалею… придется позвать лийру Бри.

Его сожаление и неловкость передо мной я отлично понимала: одно дело предстать перед фрейлинами с растрепанной прической и другое — в наполовину расстегнутом платье.

— С платьем я справлюсь, — быстро сказала, заводя руки за спину. Ну там же магизастежка, надо только приложить поровнее… Становиться объектом обсуждения придворных дам мне тоже не хотелось.

— Я могу помочь? — Родерик Делаэрт сделал шаг вперед.

— Я сама, — качнула головой и заскребла пальцами, отодвигая волосы в сторону и нащупывая герционы застежки.

Первый принц молча собрал мои локоны и поднял вверх.

— Спасибо, — прошептала, невольно зарумянившись. Мейра! Нормально вообще? Как в приспущенном платье щеголять, так ничего, а как застегиваться, так я вдруг засмущалась. А! Это потому, что страх отступил, чувствую, первый принц готов меня покинуть!

— Всегда рад, — ответил Родерик Делаэрт, осторожно опуская локоны, и они вновь рассыпались по спине.

Первый принц окинул меня быстрым взглядом и отошел.

— Лийры! — позвал он.

Ох, сильно я надеюсь, что у них во дворце магическая звукоизоляция, которая пропускает только то, что предназначено для всеобщего ознакомления. Например, приказы принца. И оставляет скрытым то, что другим слышать не обязательно. Как… наше общение с Родериком Делаэртом."

"Дверь приоткрылась, и в комнату, почтительно приседая, просочились лийры Бри, Марасте и Демонти.

— Лийра Бри, лийры, — сказал принц, — благодарю вас за внимание к моей дорогой гостье. Надеюсь, вы продолжите и дальше заботиться о ней так же хорошо.

Лийры расцвели, как королевские лилии Итерстана весной, и ответили так искренне и душевно, что даже я впечатлилась:

— Конечно, ваше высочество, сделаем все возможное!

— Как только моя дорогая гостья будет готова, сопроводите ее в большой тронный зал.

Лийра Бри усадила меня за туалетный столик, а лийра Марасте погрузила в волосы позолоченный гребень, разбирая и расчесывая длинные пряди. Ее руки дрожали, и гребень она не удержала, уронила в высокий ворс календусского ковра.