Онлайн книга Мой темный Ромео

Даже с моего угла, через всю комнату, я мог сказать, что идея, может быть, и горячая, но исполнение, скорее всего, отправит, по крайней мере, двух из трех участников в реанимацию.

— А если она не захочет меня видеть? — с каких это пор меня это волнует?

— Тогда, по крайней мере, ты знаешь, где стоишь, — Зак поднялся на ноги и направился к двери. Он распахнул ее, ожидая рядом. — И каким бы ни было это место, оно далеко от моего гребаного дома. Прощай, Коста.

Возвращение в Чапел-Фолс стояло где-то в моем списке дел выше переезда к Оливеру фон Бисмарку и ниже пересадки лобковых волос.

Тем не менее, я был здесь, на пороге дома детства Даллас.

Казалось уместным, что теперь я сделал то, что должен был сделать раньше ‒ держал букет в надежде получить любовь женщины, которую выбрал для себя.

При виде меня Шеп отшатнулся на два шага, его плечи напряглись.

— Даллас сказала, что ты знаешь, что она здесь.

Он поднял голову, словно готовясь к пощечине.

Справедливости ради, эта мысль приходила мне в голову раз или два, но, как указала его дочь, я разделяю вину за случившееся.

— Очевидно. Итак, вот он я.

Он собрал жалкие остатки позвоночника и склонил голову, решив дать отпор.

— Она развлекается. Не порти ей жизнь.

Я протиснулся мимо него, как и все эти месяцы назад.

— У меня нет никакого желания портить ей удовольствие.

Он последовал за мной, все еще на грани.

— Тогда что привело тебя сюда?

— Я скучаю по ней.

Я не мог винить Шепа за его шок.

В конце концов, даже я не мог поверить, что тут появился.

Оказывается, в любви нет причин. Она существует, чтобы разрушать. Даже логика.

Я последовал за смехом церковных колоколов. Тот самый, который я раньше ненавидел, а теперь, очевидно, не мог прожить сорок восемь часов, не услышав его.

Он доносился с кухни. Естественно. Любимая комната Печеньки во всех домах, в которые она входила, за исключением библиотек.

Страх сопровождал предвкушение, бурлившее в моем животе. Ей было весело без меня, а я был не в состоянии сделать то же самое без нее.

Я прошелся по коридору, затем прислонился к косяку кухонной двери, наблюдая, как Даллас, Фрэнклин и Наташа пекут яблочный пирог.

Песочное.

Печенька раскатывала полоски. Мука присыпала ее веснушчатый нос и щеки. Ее глаза блестели от счастья, когда она кружилась на своем месте, впервые заметив мое присутствие

Ее губы приоткрылись.

— Ромео? Что ты здесь делаешь? Дома все в порядке? Что-то с отцом?

Дом. Это действительно то, что мой особняк для тебя?

— Все хорошо.