Онлайн книга Благословение Небожителей. Том 3

Хуа Чэн откашлялся:

-Гэ-Гэ, ты отдал мою награду другим, что я буду есть сегодня вечером?

Се Лянь подражая ему, слегка приподнял бровь и сказал:

-Не меняй тему.

- Я умею владеть мечом, но не каллиграфией.сказал Хуа Чэн. Если Гэ-Гэ не будет рядом со мной, чтобы наставлять, я, вероятно, собьюсь с пути, практикуя каллиграфию сам по себе, и чем больше я буду писать, тем хуже получиться.

Брови Се Ляна поднялись выше:

- Сань Лан такой умный, как может существовать что-то, в чем ты не хорош?

Хуа Чэн взял кисть,немного обмакнул ее в чернила,и с очень скромным видом сказал: -Это правда.

Се Лянь вздохнул:

-Почему бы тебе сначала не написать что-нибудь.

Таким образом, Хуа Чэн с очень серьезным видом написал два стиха. Се Лянь немного понаблюдал, но на самом деле больше не мог смотреть:

-…стой, стой. Тебе … лучше все-таки остановиться.Не трать больше хорошую бумагу и чернила.

- О, – послушно сказала Хуа Чэн и действительно остановился, убирая кисть. Се Лянь покачал головой:

-Сань Лан, не говори никому, что я учил тебя писать.

- Гэ-Гэ, я старался изо всех сил.- Хуа Чэн обиженно надул губы.

Тон его голоса действительно звучал так, будто он был обижен. Гордый непревзойденный князь демонов, если бы его имя было объявлено во всеуслышание, все три мира содрогнулись бы от страха. Но сейчас он стоял словно молодой ученый, послушно слушая критику Се Ляна. Прочитав еще несколько важных лекций, Се Лянь снова взял его за руку, как в прошлый раз:

-Давай попробуем еще раз.

-Хорошо.-сказал Хуа Чэн.

Оба были погружены в сочинительство стихов. Некоторое время попрактиковавшись, Се Лянь небрежно спросил:

-Почему это все еще “Боль разлуки”*?

Хуа Чэн также небрежно ответил:

-Мне нравится это стихотворение.

-Мне тоже нравится, – сказал Се Лянь, – но есть ли у Сань Лана другие стихи, которые тебе нравятся? Как только ты познакомишься с написанием этого стихотворения, ты можешь попробовать написать другие.

Грубо говоря, в этом стихотворении было так много слов.

-Это прекраснее всех.

Положив кисть, он слегка подул на чернила и улыбнулся:

-Если мне что-то нравится, то в моем сердце не будет места ни для кого другого, и я всегда буду дорожить этим. Тысячу раз, миллион раз, сколько бы лет ни прошло это не изменится. Это стихотворение то же самое.