Онлайн книга Любви много не бывает!

Ощущение такое, что мы находимся в космосе."

"Он достаёт из шкафчика целый пакет с медикаментами и кладет его в раковину, а сам садится на край душевой кабинки.

— Если чего-то будет не хватать, то принесу аптечку, — говорит Владимир.

— Хорошо, — тихо отвечаю я, роясь в содержимом пакета. — Так, ножницы есть, бинты есть… Перекись водорода? Угу… Вижу… Пластырь для стягивания глубоких ран… есть.

— Всё на месте? — спрашивает он, оказавшись за моей спиной.

Когда он успел встать? Я даже не заметила.

Едва коснувшись ладонями моей талии, Владимир кладёт их на раковину по обе стороны от меня.

Киваю и разворачиваюсь.

— Садиться? — спрашивает он, опережая событие.

— Садись, — киваю я. — Хотя… нет. Постой. Ты высокий и мне будет неудобно снимать старые бинты.

— Я вижу, ты не первый раз это делаешь. Я прав?

— С чего ты так решил? — выгибаю бровь, и улыбнувшись уголком губ, беру в руку ножницы.

Догадливый какой…

— Ты слишком безжалостно режешь на мне бинты, — ухмыляется он.

— Ты прав. У меня есть фельдшерское образование.

— Хм… а почему не пошла учиться дальше?

— Зачем? — равнодушно спрашиваю я. — Я выбрала для себя более творческий путь.

— И какой же, если не секрет? — прищуривается мужчина.

— Грубая работа, — говорю я, проводя пальцами по его левому плечу с изображением парашюта и надписью «НИКТО КРОМЕ НАС».

— И как это понимать? — хмыкает Владимир.

— Я тату-мастер, — гордо отвечаю я.

— А-а-а, — выдыхает, — Это у меня с армейки ещё… Прапор тот ещё тату-мастер был, — посмеивается он.

— А это откуда? — задумчиво провожу линию вдоль зажившего шва на правой руке, идущего от кисти до самого локтя.

Мужчина чуть заметно вздрагивает, когда я всё-таки касаюсь подушечками пальцев участка кожи на его запястье.

— Хорошо, что не оторвало, — хмыкает он. — Отделался лёгким испугом и почти ничего не чувствующим мизинцем, — крутит он перед собой раскрытую ладонь.

— Ты воевал? — тихо спрашиваю я, а у самой сердце кровью обливается. Мой брат погиб на войне.

— Я служил в спецназе… Давай не будем сейчас об этом… Ладно? — выдыхает он, сживая в кулак поврежденную правую руку. — Лучше скажи, что там? — кивает на свою рану, когда я, размочив перекисью присохший к ней бинт, снимаю повязку.

И я только сейчас замечаю огромную гематому на его левом боку и…

— Шов немного разошёлся. Кровь остановилась.