Онлайн книга Ренессанс

Толпа прижала нас к стеклянным дверям. Внутри неприятно пахло, и я не сразу смог понять, в чём причина, пока меня не вжали в поручень, за который я держался: рядом с пластиковыми вставками запах усилился. Кое-как вытянув свободную руку, я зажал нос, надеясь не задохнуться. Слабый запах собак, исходивший от меня, полностью перекрыла вонь от некачественного пластика.

– Экономят на автобусах. Тут всегда так пахнет. – Скэриэл придвинулся ближе. – Мы уже привыкли.

Его колено то и дело упиралось в моё, так что я чувствовал Скэриэла, и мурашки бегали по коже всякий раз, когда я вспоминал о поцелуе.

Большая часть полукровок толпилась в середине и в задней части автобуса, первые два ряда сидений около водителя пустовали. Я удивлённо уставился на свободное пространство. Скэриэл уловил мой непонимающий взгляд, встал вплотную ко мне, чуть нагнулся и на ухо прошептал, опаляя горячим дыханием:

– Ты ведь знаешь о раздельных правах?

– Что? – спросил я одними губами.

– Раздельные права. Одна страна, но права для всех разные.

Я зашептал в ответ, надеясь, что посторонние наш разговор не услышат за гулом двигателя:

– Ты про то, что чистокровные живут отдельно от низших и полукровки не могут выезжать из страны без разрешения?

Скэр кивнул и продолжил:

– Есть более мелкие примеры раздельных прав. Видишь эти места? Никто из полукровок не смеет на них сесть. Они для чистокровных. Я тебе даже больше скажу – только чистокровные могут зайти в автобус через передние двери.

Мне ничего из этого не казалось смешным, но я всё же вопросительно посмотрел на него.

– Чистокровные практически не пользуются автобусами, – произнёс Скэриэл; я угрюмо поглядел на него. Он облизнул губы и продолжил объяснение, но хитрая улыбка так и не сходила с лица. – Вы не пользуетесь автобусами, ведь у вас есть свои машины с водителями или, на худой конец, такси.

– Что?

– Тебе пора занять своё место. – С этими словами он стащил с меня шапку и громко произнёс, привлекая внимание: – Простите, мистер чистокровный, сэр.

Полукровки обернулись на меня, заприметили светлые волосы, выбивающиеся из-под капюшона, и в ужасе начали отодвигаться, как будто я прокажённый. По салону пронёсся шёпот: «Чистокровный».