Онлайн книга Соль под кожей. Том второй (СИ)

Конечно, теперь, когда беременность не подтвердилась, заводить разговор о последствиях незащищенного секса уже не имеет смысла, но вскрылась друга проблема — отсутствие определенности.

— Ну, значит, просто поставь вопрос ребром, — выдавливаю еще одну порцию правильных, но острых как бритва слов. — Не подумай, что я сволочь, но у вас явно проблемы в отношениях. Так может, нужно просто решить их? Найти смелость задать пару острых вопросов и понимать, что даже если ответ будет не таким, как хочется твоему внутреннему розовому слонику, тебе придется с ним смириться и принимать еще одно непростое решение? Это лучше, чем жить в страусиной жопе.

Получается довольно грубо. Марина сначала хмурится, а потом обреченно кивает.

Завожу мотор, собираюсь выруливать со стоянки, но Марина неожиданно останавливает меня, и просит отвезти о другому адресу. Диктует его и я сразу понимаю, что это огромный бизнес-центр, в котором расположен офис «MoneyFlow». Очень тяжело сделать вид, что меня удивляет этот выбор, и еще тяжелее — типа_искренне поинтересоваться, что она забыла в месте обитания разнокалиберных нервных мужиков.

— Папа Стаси — Вадим Авдеев, — говорит Марина, разглядывая свои пальцы с красивым длинным маникюром. Делает это так пристально, будто вообще впервые видит свои руки. — Полагаю, тебе знакомо это имя.

Я лихорадочно пытаюсь понять, где успела спалиться, но это абсолютно точно невозможно. Мы даже ни разу не обсуждали мою личную жизнь, потому что я постоянно ухожу от любых попыток Марины разузнать мои планы на будущее, хотя в последнее время она почти перестала это делать.

— Ты же крутишься в этом бизнесе, — продолжает Марина как раз за секунду до того, как я успеваю предположить самое хреновое — что Вадим все-таки решил рассказать ей о нас. — Завольский-старший, мой покойный муж и Вадим… Прости, Лер, я должна была тебе рассказать, но подумала, что это может… не знаю… добавить тебе проблем?

— Твой муж и папаша Андрея вели общие дела? — продолжаю прикидываться шлангом, но с каждой минутой этого разговора чувствую себя все гаже.

Пока еду в сторону бизнес-центра, Марина делится своей версией произошедшего. Но ее рассказ какой-то скомканный — она часто перескакивает с одного на другое, говорит что-то, а потом сама себя исправляет. И делает большие паузы, чтобы справиться со слезами. Я несколько раз пытаюсь ее остановить, но она упрямо продолжает.