Онлайн книга Соль под кожей. Том второй (СИ)

К тому времени, как я притормаживаю на стоянке около кафе напротив офисов, Марина пересказывает почти ту же версию, которую я уже слышала от Вадима, но с одним существенным отличием — в ее версии этой истории, она попросила Вадима оставить Завольского в покое и забыть планы мести.

— Это страшный человек, Лера, — говорит она, глядя на меня припухшими от невыплаканных слез глазами. — Не представляю, где ты берешь столько сил, чтобы каждый день…

Она запинается, а потом порывисто обнимает меня крепко-крепко и так же неожиданно отстраняется.

— Если бы я была хотя бы в половину такой же смелой, как ты, то сказала бы мужу о том, что у меня роман с другим мужчиной.

— С его… другом? — уточняю я, все еще как последняя дура надеясь, что речь может идти о каком-то другом «мужчине», а Вадим во всей этой истории действительно просто случайная переменная.

Марина горько улыбается, покорно кивает и шепчет, что она, конечно, заслуживает осуждения.

— Слушай, я просто уточнила. Ты не обязана ни перед кем отчитываться за свою жизнь и поступки.

— Никто из нас этого не планировал, Лера, — уже в который раз повторяет она, как будто все время пытается вымолить себе прощение.

— Я ничего не хочу знать, — предпринимаю еще одну настойчивую попытку ее остановить. Я уже узнала больше, чем планировала — например то, что Вадим, мягко говоря, сильно лукавил, когда говорил, что секс с Мариной у них случился только однажды, и было это после того, как она стала вдовой.

"— А я не хочу, чтобы моя единственная подруга смотрела на меня как будто я проститутка! — выкрикивает Марина и закрывает лицо ладонями в отчаянной попытке скрыть слезы. — Боже, Лера, мне так стыдно! После того, как родилась Стася — я ни разу не была на могиле у Славы. Просто не могу. Это как будто посмотреть ему в глаза и сознаться во всем. Сказать, что он там — в земле, а мы с Вадимом… мы пытаемся жить дальше. Даже если все не так гладко, как хотелось бы, но… мы правда стараемся, Лера.

Каждый раз, когда она произносит его имя, у меня рефлекторно сжимаются пальцы. Хорошо, что Марина слишком увлечена выворачивает изнанки души и вряд ли обращает на это внимание — мой собственный, натасканный «дрессировкой» Данте глаз уже точно что-то бы заподозрил. Я молча протягиваю Марине влажную салфетку и бутылку воды, которую, по старой спортивной привычке, всегда ношу в сумке.