Онлайн книга Узел

Выбирай: туда тебя законопатить, или желаешь костыли на сибирской чугунке забивать?

Бандит мрачно молчал.

– Ах так? Пошел к псам! Без тебя поймаю змеюку.

Сыщик поднялся, открыл дверь и крикнул:

– Конвой! Увести дурака.

– Погодите, ваше высокоблагородие! – воскликнул арестант. – Я согласный.

Алексей Николаевич снова сел:

– Ну?

– Но обещайте, что нашего разговора никому не перескажете и на бумаге ничего не останется.

– Это можно, – сказал Лыков, отодвигая протокол допроса.

– Только где Змей живет, никому не известно…

– Зачем же ты мне тогда?.

– Я ниточку дам."

"– Всего-то? – рассердился коллежский советник. – Схитрить решил? Это тебе дорого обойдется.

Вшивкин выдохнул и сказал жалким голосом:

– Не хитрю я. Про Тугарина Змея никто вам не скажет больше меня. Потому, он хитрый.

Алексей Николаевич некоторое время разглядывал бандита, словно решал, отправить его в камеру или еще послушать. Потом милостиво хлопнул ладонью по столу:

– Говори.

– Тугаринов, ваше высокоблагородие, живет по трем паспортам.

– Какую? – оживился сыщик.

– Не привычку даже, а слабину. Баба у него была, еще до каторги, до побега. Ребятенка ему родила. Сын уродился хилый, ноги не ходят, в коляске мать его катает. Уж около десяти годов ему. Так-то парнишка сообразительный: книжки читает, парсуны рисует. На богомаза мечтает выучиться.

– Как фамилия бабы, где она живет?

Вшивкин развел руками:

– Того не знаю.

– И Тугаринов к ним ходит, как к семье?

– Ходит, мальчонку не бросает. Деньгами помогает, и вообще… Отношения там. У нас, блатных, так не принято. Чудно, ваше высокоблагородие. Он был уже «иван», когда я только в шпанку записался. Авторитетный человек! Каторгой заправлял. А вот, вишь, отношения…

– Хорошо, как ниточка годится. Поищем паралитика десяти годов. Валяй дальше про авторитетного человека. Это правда, что он много о железных дорогах знает?

– Правда.

– Он тебе наводку давал?

– Ага. Брал пятую часть, но это того стоило. Ведь Змей еще и караульщиков подговаривал, и сыскных отводил.

– Каким образом?

Бандит развел руками:

– Мне не докладывал. Думается, делился с кем надо, и смотрели потому на мои дела сквозь пальцы. Два года лафа длилась, чуял я, что пора завязывать, да жадность подвела.