Онлайн книга Вальс до востребования

Она кивнула благодарно охраннику, приветливо улыбнувшемуся и распахнувшему перед ней двери, торопливо прошла через великолепный холл и, стараясь не производить никаких звуков, зашла в зал, в котором царила и творилась музыка, проскользнула по проходу между рядами и села в крайнее в пятом ряду кресло.

Ее сын Максим проводил репетицию большого оркестра в качестве дирижера, готовясь к новогоднему выступлению и конкурсу.

Поставив локоть на ручку кресла, Марианна опустила голову, спрятав глаза в ладони, и слушала, стараясь отодвинуть в глубину сознания все свои печали и горести, раствориться в музыке, отстранившись душой хоть на время от своих мучительных мыслей и терзаний.

Как она говорила Яну, их удивительная связь с Максимом никуда не делась с годами, даже когда тот вырос и стал вполне самостоятельным, целеустремленным человеком, занятым реализацией своего призвания, своего таланта, пожалуй, эта их духовная связь стала даже крепче, более чуткой, что ли.

Вот и сейчас Марианна совершенно точно знала, что сыну не требуется видеть, что она пришла, он просто почувствует ее присутствие в зале, и ей казалось, что даже музыка зазвучала как-то более светло и радостно, когда он ощутил это ее присутствие.

Музыка оборвалась, Максим сделал какие-то пояснения и замечания по ходу репетиции, поблагодарил музыкантов за работу и, объявив пятнадцатиминутный перерыв, развернулся лицом к залу, обрадованно улыбнулся, увидев Марианну, помахал ей рукой и поспешил к боковой лесенке.

– Привет, мам. – Он обнял и поцеловал поднявшуюся с кресла ему навстречу Марианну. Постоял так недолго, растворяясь в этом их материнско-сыновьем единении, а потом, чуть отодвинув от себя, всмотрелся внимательно в ее лицо и спросил озабоченно: – Что-то случилось?

– Да так, – попыталась отмахнуться Марианна, почувствовав, как в одно мгновение от этой его бережной заботы рванули к глазам недоплаканные слезы, через которые она заставила себя улыбнуться, поспешив успокоить сына: – Ничего.

– Ну-ка, ну-ка, – не поверил тот, усадил мать в кресло, сел рядом, взял ее руки в свои и все всматривался в ее глаза. И вдруг спросил: – Мамуль, ты что, влюбилась?

Ну что тут ответишь? Врать, что ли? Зачем, да и бесполезно.

– Да, – выдохнула Марианна обреченно, привычно уже загоняя слезы подальше.